Главные события
в комментариях экспертов

ПОИСК ПО САЙТУ

Пример: что будет с рублем

Курс валют:
$ 66.78
€ 73.98

Смертельные запчасти: Родственники умерших против презумпции согласия на изъятие органов

В России с 1993 года действует презумпция согласия на изъятие органов после смерти человека. При этом нет юридической процедуры, в рамках которой гражданин может уведомить государство о нежелании быть донором после смерти.

Мало того, Конституция допускает изъятие органов для трансплантации после смерти человека без согласия его родственников, но если члены семьи умершего против этого, они должны заранее уведомить медучреждение. Соответствующее определение обнародовал Конституционный суд РФ. Там сообщается об отказе в рассмотрении жалобы родственников московской студентки, скончавшейся в больнице после того, как ее сбила машина. Мать умершей узнала, что в больнице у девушки трансплантировали внутренние органы. Определение КС подтвердило законность действия трансплантологов. Также в заявлении Конституционного суда говорится, что в правительство РФ внесен проект федерального закона «О донорстве органов, частей органов человека и их трансплантации», который предусматривает более детализированную процедуру выражения гражданином своего отношения к изъятию органов с целью трансплантации.

Speakercom спросил экспертов, нужна ли в России презумпция согласия на изъятие органов после смерти, и что важнее – спасение человеческой жизни или уважение к выбору покойного.

Источник: univertv.ru
Карен Момджян
Заведующий кафедрой социальной философии МГУ
12 марта 12:15

Спасение жизни важнее уважения к мертвому

В России более 20-ти лет действует презумпция согласия на изъятие органов после смерти человека вне зависимости от его позиции по этому вопросу при жизни. Заведующий кафедрой социальной философии МГУ Карен Момджян считает, что спасение жизни важнее.

Мне кажется, спасение жизни важнее, чем уважение к мертвому. В таких вопросах нет истины. Но когда на кону человеческая жизнь и можно ее спасти, с моей точки зрения это важнее, чем все прочее.

 

 

Источник: wikipedia.org
Александр Невзоров
Журналист, публицист, телеведущий
12 марта 12:53

На кой черт вам эти органы, когда свершится биологическая смерть?

Конституционный суд в очередной раз одобрил трансплантацию человеческих органов. Известный российский журналист и публицист Александр Невзоров рассказал, что раньше при изъятии органов никто никого не спрашивал.

Я вообще не понимаю предмета обсуждения. В этот момент, когда свершится биологическая смерть, на хрена вам эти органы? Раньше, до того как эти вопросы не воспринимались так обостренно, уверяю вас, и в русской, и в западной медицине, никто даже никого не спрашивал. Вопрос был только в том, достаточно ли были защищены органы, которые были изъяты. Вас не смущает, что вожди, живописцы, читатели, художники отправляются в могилу совершенно безмозглыми, с пустой черепной коробкой, что их мозги вынимают для обязательного исследования? Таких случаев очень много и это нормальная обиходная практика.

Есть такая вещь как трансплантация органов животных, но никому пока не удалось достичь существенных успехов, потому что операции очень дороги и сложны. Вообще трансплантология – это очень тонкая и сложная вещь. Разговоры о свиных органах, которые могут замещать человеческие,  это легенды, поскольку у человека и свиньи не просто разные группы крови, но и подгруппы, разная иммунная система и все остальное. 

 

Источник: alcoholismhls.ru
Алексий Мороз
Священник
12 марта 12:32

Человека могут разобрать на запчасти ради денег

Конституционный суд в очередной раз подтвердил право врачей на изъятие органов человека после его смерти вне зависимости от его согласия. Священник, заместитель председателя Собора православной интеллигенции Санкт-Петербурга Алексий Мороз рассказал, что это противоречит православным канонам.

Православная христианская церковь основывается на словах: «Земля еси и в землю отыдеши». Церковь считает, что тело - это храм души человеческой и оно сопричастно к будущему человеческому воскресению. Как человек жил в теле, так и после смерти, после Страшного суда, он воскреснет, соединится со своим телом и будет получать воздаяние за прожитую жизнь – за правду и за ложь. С телом после Страшного суда он будет находиться в раю или в адских обителях. Поэтому православная церковь выступает также против кремации. Православный обряд погребения – это захоронение человека и предание его земле. А личное решение человека – как он готов поступить со своим телом – это в рамках исключительно его свободы.

Человек является хозяином своего тела. Он вправе распоряжаться им как при жизни, так и после смерти. Поэтому, если человек заявляет о том, что он согласен на то, что его тело может быть использовано для трансплантации каких-либо органов для других людей – это его личное волеизъявление, естественно, он имеет право выбора.

Без индивидуального разрешения каждого конкретного человека на трансплантацию органов своего тела после смерти в четкой письменной форме недопустимо. Иначе мы приходим к тому, что человека, даже еще живого, которого можно спасти, могут начать разбирать на запчасти. Тем более сейчас стали констатировать смерть человека с момента остановки работы мозга, когда еще работает сердце. А если кому-то понадобится новый орган, тем более если он сможет за него заплатить, то не исключено, что недобросовестные люди могут подстроить различные ситуации, написать подложные медицинские акты. Злоупотребление такой возможностью открывает широкие ворота злоумышленникам, которые пойдут на любые ухищрения, на любые издевательства над человеком вплоть до его похищения, умерщвления и разбирания на запчасти, только чтобы заработать деньги. К сожалению, у ряда людей нашего общества такое духовно-нравственное состояние, что они вполне готовы зарабатывать даже на смерти ближних. Исходя из этого, безусловно, разрешение на трансплантацию должно быть дано в письменном виде самим человеком при его жизни.

 

Источник: duma.gov.ru
Сергей Калашников
Первый зампредседателя комитета Совета Федерации по экономической политике
12 марта 12:37

Доноры органов могут иметь преференции: например, право первоочередного обслуживания

Конституционный суд в очередной раз напомнил, что в России изъять органы у умершего можно без его одобрения при жизни. Председатель комитета Госдумы по охране здоровья Сергей Калашников считает, что человек сам должен давать на это согласие. 

Я считаю, что презумпция согласия должна быть, но при этом каждый человек должен быть поставлен перед сознательным выбором.  Когда правительство в очередной раз рассматривало этот закон, я подготовил поправку, согласно которой человек должен высказывать свое согласие в обязательном порядке при наклейке второй фотографии в паспорт в 20 лет и при получении водительских прав. Люди, выразившие добровольное согласие, должны иметь определенные преференции, не дай Бог что случись.

На органы существует большая очередь. Доноры должны иметь право первоочередного обслуживания. То есть должно быть две очереди: первая для доноров, а только потом для всех остальных. Если человек не хотел отдать свои органы, то почему он должен претендовать на чужие?

Поправки в этот закон так и повисли в воздухе. Однако в любом случае нужна пропаганда донорства. Кстати, православная церковь поддержала идею пересадки органов. Это совершенно гуманный христианский акт.

Но не врачи должны учитывать религиозную принадлежность, а сам пациент. Если человек считает, что для него это неприемлемо, то это его мнение и вступает в противоречие с презумпцией согласия, которая сейчас действует. Если взятие органов мешает спасти душу, что ж мы так будем издеваться над человеком?

Человек сам должен сделать свой выбор, но должен понимать, что если он не дает согласия быть донором, то и требовать для себя органов не имеет права.

 

Источник: dumrf.ru
Нафигулла Аширов
Председатель Духовного управления мусульман Азиатской части России
12 марта 12:42

В экстремальных ситуациях жизнь человека ставится выше всего

Конституционный суд в очередной раз подтвердил право врачей на изъятие органов человека после его смерти вне зависимости от его согласия. Председатель Духовного управления мусульман Азиатской части России Нафигулла Аширов считает, что каждый человек имеет право распоряжаться своим телом и после смерти, но с наличием документа.

Согласие на трансплантацию органов должно быть обязательно, потому что человек должен сам собой распоряжаться даже после смерти. Это обязательное условие и для верующего, и для неверующего. Проблема намного шире. Нужно учитывать все манипуляции, которые используются в нашей стране и в мире в целом. Могут быть и недобросовестные подходы к этому очень щепетильному вопросу. Каждый человек имеет право распоряжаться своим телом и после смерти. Для этого необходим, договор, или завещание, или заявление, а без этого человек должен быть неприкосновенен.

В исламе нет ничего важнее ценности жизни человека, и на все, что способствует спасению жизни, он имеет право. В экстремальных ситуациях жизнь человека ставится выше всего. Даже пророк Мухаммед говорил: «Разрушить Каабу камень за камнем – это ничто перед Аллахом по сравнению с жизнью одного человека». А Кааба, к которой мусульмане ездят на паломничество, - это священный дом Аллаха.

 

Источник: vk.com
Геннадий Малахов
Телеведущий
12 марта 12:48

На пересадке органов специализируется мафия

Конституционный суд напомнил о действующей в России презумпции согласия на изъятия органов после смерти. Телеведущий, эксперт по народной медицине Геннадий Малахов рассказал, чем чревата пересадка органов.

Когда у человека берут органы и пересаживают их другому, создается впечатление, что это нечто вроде замены детали в машине. Все думают, что если деталь заменить, она будет служить долго и хорошо. Но любые органы, даже органы родственников, не подойдут.

Пересадка органов – это временная мера. Человек в течение 5 лет должен ежедневно принимать лекарства против отторжения органов. Одно дело, если бы можно было заменить орган, и он служил бы до смерти. Но практика показывает, что эти органы надо периодически менять, почки, например, лет через 10. Само лечение с пересадкой будет еще хуже, нежели без нее.

Я против пересадки органов, потому что она не отработана и не будет отработана, потому что органы одного и другого человека – это разные вещи. Их нельзя просто так заменить. К тому же человек должен постоянно сидеть на лекарствах, которые тоже дают свои осложнения. И опять возникает проблема: надо снова пересаживать, а организм ослаблен. Это медленное убивание человека. Это не гуманно, не физиологично и не человечно, на этом просто зарабатывают деньги.

Нужно научиться лечить органы человека так, чтобы их не менять. А у нас хотят оставить одну голову, а все остальное пересаживать.

Сейчас порождена целая мафия по пересадке органов, целая отрасль преступного мира на этом специализируется.

Как только человек умирает, его сразу кладут на стол, и начинается разборка человек на запчасти. Были случаи, когда человек приходил в себя, а у него все повырезали, быстренько разобрали его по частям.

Я читал, что вскрывать на органы могут даже в карете скорой помощи. Допустим, у молодого человека удар или он потерял сознание, а врач считает, что он умер и на нем можно подзаработать. Самое страшное, что некоторые врачи сразу начинают думать о том, зачем лечить, если этот орган столько-то стоит. Ему проще написать, что пациент умер при доставке в больницу, а тем временем в машине будут изымать органы. Также были случаи, когда закрывались двери машины скорой помощи, человеку делали укол, чтобы он не кричал, а его потрошили.

Кроме того, самой незащищенной категорией населения будут дети, потому что чем орган моложе, тем лучше. Их и будут заказывать.

Год назад рассказывали о девочке, которой в 10 лет заменили сердце. Не вылечив ребенка от простуды, ее залечили так, что ей пересадили сердце. А в итоге через еще лет 20 надо будет опять готовить сумму на повторную пересадку.

С людьми надо проводить беседы – вот вы хотите пересадить орган, а вы готовы ко всему этому? Это ужасная вещь. Это гуманизм в кавычках. 

Источник: www.medvestnik.ru
Алексей Старченко
Юрист, член Лиги защиты пациентов
12 марта 12:20

Нужен прозрачный закон, чтобы защищать и пациентов и врачей

В России действует презумпция согласия на изъятие органов после смерти человека вне зависимости от его позиции по этому вопросу при жизни. Член Лиги защиты пациентов, юрист Алексей Старченко рассказал, что сама процедура изъятия органов очень непрозрачная, а люди часто узнают о том, что их родственник стал посмертным донором спустя годы в суде.

Сейчас, если человек не хочет быть донором, он фактически не может реализовать свое право. Предположим, он скажет об этом врачу, а тому наплевать на это мнение, и он превращает его в донора. Что делать? Наколку на груди – «не хочу быть донором»? Посчитают, что это шутка. Записку положить в карман? Ее могут выбросить. В паспорте сделать запись? Паспорт будет недействителен. Сегодня правового механизма поставить власть в известность о том, что я не хочу быть донором, не существует. Закон у нас людоедский. Родственники умерших пациентов недовольны, они приходят в реанимацию, стараются помочь своим родным, а потом выясняется, что, оказывается, ничего нельзя сделать. В таких ситуациях я бы по-другому поступил: написал бы в прокуратуру заявление, перечислил бы всех врачей, которые лечили  пациента и сказал, что какого-то из них я предупредил, что моему родственнику ни в коем случае нельзя быть донором. Его должны осудить тогда. Врач будет говорить, что он  не в курсе, а все родственники в один голос будут утверждать обратное. Вот на что сегодня провоцирует действующий закон – на лжесвидетельство, на клятвопреступление. Но самое главное, что этот закон не повышает прозрачности процедуре.

Вроде бы все делается по закону, но основная масса родственников умерших доноров думают, что этих больных не лечили. Мы проводили такой опрос среди этих людей, и они говорят, что их родных никто правильно не лечил. Качество медицинской помощи ведь никто не проверяет. Я бы посоветовал всем родственникам объединиться, написать заявление в страховую компанию, чтобы проверили качество медицинской помощи. Я сам неоднократно обращался в Минздрав, чтобы создали комиссию и хотя бы за последний год проверили все истории болезни всех доноров и сказали бы – есть нарушения при процедуре, или нет. Но никто этого не делает.

Сегодня самая большая проблема в том, что у людей нет доверия. Часто человек узнает о том, что его родственник стал посмертным донором через год-полтора после ДТП. А происходит это почти случайно. В суде, когда рассматривается дело о ДТП и ищут виновных, оглашается акт судебно-медицинского вскрытия, где написано об изъятии органов жертвы. Естественно, люди после такого падают в обморок. Это производит страшно негативное впечатление на родственников.

Я не против трансплантологии, я хочу, чтобы процедура была абсолютно прозрачной. Я выступаю не только в защиту пациентов-доноров, но и в защиту врачей, которые этих пациентов признают донорами по процедуре. Они сейчас тоже поставлены в ситуацию, когда их деятельностью все недовольны. Их всегда можно обвинить. Например, заявили на такого доктора в прокуратуру, якобы ему говорили, что умерший донором быть не хочет. Затем этого доктора на полгода-год выключают из работы, потому что будет уголовное дело, будут проверять, при свидетелях это было сказано, или нет, и так далее. Построится целое обвинение в отношении врача, хотя может быть, что он невиновен.

Трансплантологи часто ссылаются на Испанию, ведь там, перед тем, как принять презумпцию согласия, много лет действовала презумпция несогласия. В результате общество увидело, что процедуры все прозрачные и ясные, что сформировало доверие у общества. И только после этого там перешли к презумпции согласия. А у нас закон о презумпции согласия был принят в 1993 году, в бандитском государстве, где кругом был  рэкет, проституция, наркомания, обман и убийства.

Сегодня нужно наоборот сформировать доверие к  процедуре изъятия органов, показать, что она ясная, записывать ее на видео, что в любой момент можно было поднять записи и проверить каждый этап процедуры признания донором, доказать, что ситуация была действительно безнадежной и человек не выздоровел бы ни при каких условиях. Тогда трансплантология получит шанс. Сейчас она непрозрачна, вызывает недоверие и неудовольствие. Нет юридической процедуры, позволяющей человеку сообщить Минздраву, что он не хочет быть донором. Закону более 20-ти лет, а процедуры нет. Что должны думать родственники доноров? Что их обманули, что это мошенничество, преступление. Они по-другому думать не могут.

В США, например, когда человек получает права на вождение автомобиля, сразу заполняется графа – хочешь быть донором, или нет. Ее впоследствии можно переписать. Это аналог официального уведомления. О таких процедурах нужно думать. Но в первую очередь,  чтобы вводить такие процедуры, нужно сначала хотя бы узнать мнение людей. Если сейчас ввести презумпцию несогласия, то можно изучить общественное мнение – общество, может быть, не хочет, чтобы были доноры. Тогда правительству нужно будет задуматься. Если родственники потенциального донора будут отказывать в изъятии органов, значит они не верят здравоохранению. Если бы они были бы уверены, что больной безнадежен, то тогда согласились бы. А если люди не верят в качество медицинской помощи – это трагедия общества. Значит все, что делает правительство, неправильно. Это похоже на проблему людоедства – можно ли съесть другого человека, чтобы спасти свою жизнь где-нибудь на необитаемом острове?  

 

 

Комментарии пользователей

Самое популярное

Колонки

15 марта
Политика Минздрава совершенно не отвечает интересам значительного количества граждан, которые имеют привычку курения