Главные события
в комментариях экспертов

ПОИСК ПО САЙТУ

Пример: что будет с рублем

Курс валют:
$ 63.58
€ 70.39

Устав для Нацгвардии: Яровая опять взялась за экстремистов и террористов

Главы комитетов по безопасности и по обороне Госдумы и Совета Федераций Ирина Яровая и Виктор Озеров внесли на рассмотрение в нижнюю палату парламента пакет антитеррористических законопроектов.

Он предполагает расширение полномочий правоохранительных органов в случаях, связанных с терроризмом и экстремизмом, а также ужесточение соответствующих статей Уголовного кодекса. В частности, по нему за терроризм смогут преследовать граждан с 14 лет, запрещать выезд за границу лицам, имеющим судимость или некое официальное предостережение от властей за террористическую или экстремистскую деятельность. Также расширяется список случаев, при которых вводится режим контртеррористической операции. В этом режиме правоохранители смогут прослушивать телефоны, глушить сотовую связь и регламентировать передвижение граждан. Силы, участвующие в КТО, будут вправе проникать в любые здания.

Источник: www.1tv.ru
Евгений Черноусов
Адвокат, полковник милиции в отставке, эксперт правового совета ГУ МВД
8 апреля 19:03

Только размахивать топором - лишь видимость борьбы

Депутат Ирина Яровая внесла в Госдуму пакет законопроектов, ужесточающих ответственность за террористическую деятельность и экстремизм. Эксперт правового совета МВД Евгений Черноусов считает, что менять нынешний Уголовный кодекс смысла нет.

Ирина Яровая - ярая сторонница ужесточения. Но должен же быть разум: если ужесточать уголовное или другое законодательство, от этого не будет никакого толка. Уголовное законодательство ужесточают только тогда, когда видно, что иначе нельзя. Это ведь закон, по которому люди лишаются свободы, ограничиваются в правах, каких-то привилегиях. Поэтому инструментарий Уголовного кодекса должен применяться четко, выверено, после проведенного анализа. Возьмем тот же суд присяжных: он же не сразу везде вводился, а сначала только в 10 регионах, а уже потом – на всей территории России.

Я сторонник всего, что касается снижения уровня терроризма, экстремизма и прочих вещей. Но в то же время я, как человек, проработавший 30 лет в органах МВД, понимаю, что нужно смотреть, насколько ужесточение прав и свобод отразится на улучшении криминогенной ситуации в этой части. Если это никак не отразится, а мы будем только размахивать топором и говорить, чтобы нас боялись, это не поможет, поскольку будет лишь видимостью борьбы. Здесь же надо наносить точечные удары по тем, кто действительно вынашивает в своей голове планы террористического акта: организаторам, исполнителям.

Если смотреть в комплексе, абсолютное большинство россиян не помышляют о совершении каких-то террористических актов. Их естественно, надо защищать, а инструментарий в виде Уголовного кодекса должен применяться в отношении тех людей, которые действительно намерены совершить преступление. Тогда Уголовный кодекс будет к месту, он будет понятен большинству людей, не будет ограничивать права и свободы людей. Если это уже есть в Уголовном кодексе, зачем сейчас дублировать?

Решения у нас принимаются скоропалительно. С одной стороны президент, Верховный суд и другие предлагают провести либерализацию Уголовного кодекса, не будем всех ровнять под одну гребенку и делать страну судимой. Они проанализировали количество судимых и ужаснулись. А с другой стороны все время законы ужесточаются. Подождите, у нас настолько сложная ситуация, что надо законы ужесточать? – Нет, не согласен. Другое дело – нужно заставить правоохранительные органы работать. Есть закон об оперативно-розыскной деятельности, почему он должным образом не применяется? Почему не заводят дела оперативного учета? Почему не реализуют эти дела, а работают по факту? Не по факту надо работать, поможет только оперативная работа. У нас неэффективно применяется техника, проводится слабый анализ. В каких-то регионах России это вообще на самотек пущено.

Мне кажется, что если сейчас заставить правоохранительные органы по-настоящему браться за оперативную работу и ежеквартально отчитываться, что предупредили, что раскрыли, сколько завели дел оперативного учета, сколько их реализовали – это будет важно. Тем более у нас есть свежие примеры плохой работы западных спецслужб – Бельгии, Франции. Они же провалили работу. У нас она получше поставлена, но все равно не на должном уровне. Давайте здесь находить резервы. В этом направлении у нас законодательства вполне достаточно.

Нет ни одного года, чтобы по терроризму что-то не ужесточалось. Но есть же пределы разумного!

Источник: twitter.com
Дмитрий Гудков
Депутат Госдумы
8 апреля 19:04

Это продолжение курса на закручивание гаек

Единороссы Ирина Яровая и Виктор Озеров внесли в Госдуму пакет антитеррористических законопроектов. Депутат Дмитрий Гудков уверен, что инициатива направлена на запугивание политических оппонентов власти.

Этот закон нужен, чтобы создать определенную атмосферу в обществе, чтобы люди боялись участвовать в политических событиях, делать политические заявления и так далее. Это продолжение курса на закручивание гаек.

Тому, кто говорит, что простому человеку нечего боятся, нужно рассказать про Ильдара Дадина. Обычный человек за одиночные пикеты получил 2,5 года. Он никакой не политик, не депутат, не лидер организации. Обычный простой человек, который трижды вышел на улицу на одиночные пикеты в знак протеста против действия властей. Поэтому сказки пусть рассказывают в своем семейном кругу, и то, думаю, там им не поверят. Таких случаев достаточно: Светлана Давыдова и многие другие люди, которые за перепост публикаций с какими-то фотографиями получали сроки.

Поскольку законопроект вносит Яровая, складывается ощущение, что она как будто согласовала его по чьей-то просьбе. Я все-таки надеюсь, что возникший резонанс не позволит закону быть принятым хотя бы в таком виде. Что будет принят хотя бы с другими формулировками.

Источник: facebook.com
Дмитрий Солонников
Политолог, директор Института современного государственного развития
8 апреля 19:07

Для оппозиции и подорожание кефира - атака тоталитарного строя

В Госдуму внесен пакет антитеррористических законопроектов, ужесточающий ответственность за терроризм и экстремизм. Население поддержит заботу о своей безопасности, уверен директор Институт современного государственного развития Дмитрий Солонников.

Наша оппозиция все, начиная с удорожания кефира, изменения цвета спортивного клуба и заканчивая принятием какого-то законопроекта, трактует как нашествие чудовищного тоталитарного строя. Что бы ни произошло, будет оставаться только так, поэтому при ужесточении борьбы с терроризмом оппозиция будет говорить, что это борьба со свободой слова и инакомыслием.

Ничего сильно нового в законах не предусмотрено. Изменение идет в сторону большего ужесточения наказания по целому ряду действий. Это общемировой тренд, ничего тут нового нет. Можно вспомнить, что в Советском Союзе за подобные статьи расстреливали. Сейчас этого нет, смертную казнь обратно не вводят, а ужесточение есть – да.

Вопрос к обществу, к чему оно больше готово. Более милостиво относиться к людям, убивающим наших сограждан и считать, что это гуманизм, когда организатора теракта наказывают лишением свободы сроком на 10 лет с возможностью выхода через 5. Или его будут сажать пожизненно и таким образом люди будут до конца в безопасности от конкретно его деятельности. Я думаю, что мнение жителей нашей страны в этой ситуации будет однозначным, несмотря на опасения оппозиции.

Потом вопрос в том, что если это доказанное преступление, то человек будет сидеть до конца жизни. Если есть какой-то спор, то всегда есть возможность через какое-то время выйти. Его не казнят, и вернуться к вопросу, совершал он или не совершал этот теракт или нет, можно будет всегда. Общество же себя сможет обезопасить.

По поводу 14 лет, на мой взгляд, молодежь сильно быстро взрослеет, и действительно нет разницы, кто тебя взорвал – 60-летний пенсионер, 35-летний безработный или 14-летний подросток-обалдуй, которому нечего делать. В 14 лет человек уже вполне осознает, что он совершает. У него есть паспорт, и он практически полноценный гражданин страны. Если он совершает убийство или теракт, то должен за это отвечать. Понятно, что 9-летний ребенок осознавать не в состоянии, но в 14 лет у нас уже мамами становятся, начинают свой бизнес, а если начинают террористическую деятельность, то должны отвечать в полной мере.

Все эти ужесточения – процессуальные вопросы, которые решаются внутри юридических ведомств правоохранительных органов. Так как они требуют законодательного утверждения, то есть определенные каналы, через которые это вносится в Думу. Яровая – один из таких каналов, через которые данные законопроекты, подготовленные специальными сотрудниками соответствующих учреждений, попадают в Госдуму на утверждение. Яровая просто является коммуникационным каналом, а не гениальным разработчиком и автором этих идей.

На этом фоне выбивающимся из общей струи является пункт о том, что свои программы по антитеррористической деятельности должны будут разрабатывать муниципальные образования. Я так себе и вижу деревню Большое Гадюкино, где собирается местный сельсовет и начинает разрабатывать антитеррористическую программу среди 100 бабушек, проживающих на его территории. Знаю примерно, как работают органы местного самоуправления в нашей стране, какая там нехватка кадров, загруженность текущими вопросами ЖКХ, борьбой с пожарами, содержанием жилого фонда и так далее. Им еще антитеррористической деятельностью и заниматься. Вот это как раз перекладывание с больной головы на здоровую. Есть федеральные органы, которые должны заниматься антитеррором. Это ни в коем случае не дело муниципальных чиновников, тех несчастных пенсионеров, которые несут свою трудовую вахту на постах глав муниципальных образований.

 

 

Комментарии пользователей

Самое популярное

Колонки

15 марта
Политика Минздрава совершенно не отвечает интересам значительного количества граждан, которые имеют привычку курения