Главные события
в комментариях экспертов

ПОИСК ПО САЙТУ

Пример: что будет с рублем

Курс валют:
$ 59.66
€ 66.68

Моя оборона. Что ждет ВПК России после перевооружения армии

Президент РФ Владимир Путин встретился с рабочими концерна «Калашников» и заявил, что предприятиям оборонно-промышленного комплекса необходимо наращивать объёмы производства гражданской продукции.  Изделия для гражданки, по мнению Путина, будут востребованы после реализации госпрограммы перевооружения, которая завершится в 2020 году.

Speakercom спросил экспертов о том, что ждет военные предприятия после полного перевооружения российской армии.

Источник: vk.com
Михаил Ходаренок
Военный эксперт, полковник запаса Генерального штаба ВС РФ
26 сентября 12:48

Неправильно, если завод выпускает один самолет в 30 лет и больше ничем не занимается

Военный эксперт, полковник запаса Михаил Ходаренок считает, что оборонные предприятия должны ориентироваться на диверсификацию производства.

Я приведу только один пример для понимания проблемы. Возьмем авиационную компанию, которая делает стратегические бомбардировщики. Скажем, фирма «Туполев». Если эта фирма достаточно длительное время не выпускает гражданские самолеты, то возникает вопрос: а стратегический бомбардировщик у них получится? Кадры не утрачены? Оборудование соответствует?

«Боинг» выпускает и американские стратегические бомбардировщики, и другие самолеты, и значительную номенклатуру гражданской продукции. За рубежом это совершенно нормально – иметь диверсифицированное производство. А когда завод делает один самолет в 30 лет, и больше ничем не занимается, то это тоже, наверное, не есть правильно.

Задача поставлена совершенно справедливая, особенно если учесть, что к 2020-му году перевооружение армии закончится примерно на 70%. Что делать дальше? К тому же нельзя скидывать со счетов то обстоятельство, что мы находимся в состоянии рецессии, кто бы что ни говорил. Дальнейший рост военных расходов может привести к гибельным последствиям. Ориентация ОПК на диверсификацию производства – вполне логичное решение в имеющихся обстоятельствах. Однако высокотехнологичным производствам не надо ставить задачу производить сковородки и лопаты. По своему уровню они должны заниматься производством высокотехнологичной продукции гражданского назначения.

Разделения производства на гражданское и военное в рамках одного и того же завода может и не понадобиться. Например, те же самолеты: что гражданский, что военный – это те же самые крылья, те же самые двигатели. И во многих других сферах усилия могут быть синхронизированы.

Главное, чтобы не было волюнтаризма. Чтобы не ломали ничего, что создано до этого. А то у нас часто получается так: только дай команду – тут же все разнесут ради лопат и сковородок. Процесс должен быть плавный, без рывков, с бережным отношением к тому уникальному производству, которое уже создано.

Что касается сроков, то 2020-й год – это, как у нас говорят, мобилизующий срок. А задача такая стоит, и  надо добиться того, чтобы отсутствие госзаказа не привело к гибели предприятия,  а вместе с ним и целого города. Конечно, 2-3 года – слишком маленький срок для такой масштабной задачи, но на него надо ориентироваться, потому что у нас есть целые моногорода, жизнь которых теплится вокруг заводов военно-промышленного комплекса.

Источник: oborona.ru
Игорь Коротченко
Директор Центра анализа мировой торговли оружием, главред журнала «Национальная оборона»,
26 сентября 13:16

Конверсия была государственным преступлением

Игорь Коротченко, главный редактор журнала «Национальная оборона», член Общественного совета при Министерстве обороны РФ комментирует перспективы ОПК в России.

Ни о какой конверсии здесь речь не идет. Речь идет о диверсификации выпускаемой продукции. Любое крупное предприятие должно иметь, как военный рынок сбыта, так и гражданский. Поэтому крупнейшие наши холдинги ставят себе задачу примерно 50 на 50 иметь военной продукции и гражданской.

Конверсия была государственным преступлением. Вместо военной продукции тогда стали клепать кастрюли-скороварки. А здесь речь идет о высокотехнологичной гражданской продукции. Например, о выпуске не только военных самолетов, но и гражданских.

Чтобы уверенно чувствовать себя в рыночной экономике, любой крупный холдинг должен иметь 50% гражданской продукции, это общемировой тренд. Через два года завершится нынешняя государственная программа перевооружения, и «золотой дождь», который сегодня проливается на оборонные предприятия, будет сокращаться.

Алексей Захаров
Аналитик «Финам»
26 сентября 14:07

Понятие конверсии в отношении ОПК имеет матерное значение

Аналитик «Финам» Алексей Захаров комментирует ситуацию в ОПК России.

Нельзя сказать, что «оборонка» процветает. Если бы она процветала, то не было бы отбоя от желающих там работать. И не приходилось бы возить из Воронежа в Комсомольск-на-Амуре слесарей-сборщиков вахтовым методом. Вот «нефтянка» у нас процветает, это сразу видно по зарплатам. А если пробежаться по сайтам 4-5 оборонных предприятий и посмотреть вакансии, которые они предлагают, и, главное, зарплаты, то сразу станет все понятно.

Понятие конверсии в отношении ОПК имеет вполне себе матерное значение. К ней прибегали в 1946-ом году, и тогда было понятно почему: куча предприятий работала на войну, которая кончилась, и поэтому послевоенная конверсия  разумна и оправданна. Повторно слово прозвучало во второй половине 80-х годов и, по сути, означало следующее: «Мужики, скоро нам нечем будет платить вам зарплату, зарабатывайте сами».

Планы по выпуску гражданской продукции спускали, как тогда говорилось, на военные заводы и раньше. У меня на прежней квартире стояла стенка мебельная, сделанная на авиазаводе – хорошая стенка, ничего сказать не могу. А вот детской игрушечной коляской, тоже на военном заводе сделанной, я себе палец прищемил. Это, конечно, была фикция. Было постановление ЦК КПСС о том, что военные предприятия должны насыщать рынок товарами народного потребления, выполняли абы как.

Сегодня большинству военных предприятий выпуск гражданской продукции абсолютно не интересен. Например, есть такое успешное предприятие – «Уфимское моторостроительное производственное объединение», УМПО. Они всю жизнь делали двигатели для военной авиации. И сейчас живут неплохо – поставляют двигатели в Китай, Индию и другие страны. Без особого шума они делают компоненты по разным договорам, занимаются своим делом и зарабатывают деньги, и только недавно они ликвидировали цех, где они делали автомобильные двигатели для «Москвича». Потому что не нужно это делать.

Предприятие должно заниматься своим делом и получать за это соответствующие деньги. Это по определению государственная отрасль. Она должна получать деньги от оснащения своей армии, и если будет удача, то за оснащение чужих армий. При взятом государством курсе на самодостаточность – сам бог велел кормить оборонку в достаточных количествах.

Какие-то вещи для гражданки предприятия ОПК производят и так. Но когда на государственном уровне раздаются призывы, что оборонка должна заняться выпуском товаров народного потребления, сигнал не очень приятный.

Источник: www.rubaltic.ru
Виктор Литовкин
Военный обозреватель ТАСС, полковник в отставке
26 сентября 17:33

Средний возраст в ОПК – 50 лет, стариков некому заменить

Виктор Литовкин, военный обозреватель ТАСС, полковник в отставке рассказывает о перспективах ВПК России после перевооружения армии.

В Советском Союзе всю технологически продвинутую гражданскую продукцию выпускала оборонная промышленность. Именно там находились все передовые технологии, там были самые продвинутые и кадры из числа инженеров, техников, конструкторов. И они выпускали эту продукцию наравне с танками, пушками, ракетами.

Других заводов для выпуска высокотехнологичной продукции гражданского значения у нас нет. Заводы в нашей стране иностранные: итальянские, корейские, китайские, французские. Президент предлагает на тех заводах ВПК, которые не до конца загружены государственным оборонным заказом, наладить производство востребованной рынком продукции. Я особо подчеркиваю тот факт, что продукция должна быть востребована рынком и конкурентоспособна. Путин не напрасно говорил, что сковородки выпускать не надо. Это могут быть самолеты, теплоходы и так далее. И надо делать такую продукцию, которая будет успешно конкурировать на мировых рынках.

К сожалению, в ВПК сегодня не хватает специалистов высокой квалификации. В 90-е годы из оборонной промышленности ушло очень много молодежи – в банковский сектор, в нефтегазовую отрасль, в торговлю - туда, где были приемлемые зарплаты. Оборонная промышленность в то время лежала на боку, если не плашмя. Сейчас средний возраст в ОПК составляет примерно 50 лет. Уйдут старики – кто их заменит? Сейчас стали приходить студенты, им назначают неплохие оклады, стараются помочь с жильем, дают заводские кредиты. Делается все, чтобы привлечь молодежь. Но между молодежью и стариками есть разрыв – не хватает людей среднего возраста.

Военная промышленность – вещь парадоксальная, нельзя взять книжку, прочитать ее и начать делать ракету. Надо из рук в руки передавать технологии. ВПК нуждается в высококвалифицированных кадрах, тем более, что санкции, назначенные Обамой, не снимут ни завтра, ни послезавтра, ни даже тогда, когда на территории Украины не останется ни одного русскоговорящего человека. Все время будут какие-то запреты. Когда в 2002 году отменили поправку Джексона-Вэника, ограничивавшую торговлю между Россией и США, ее тут же заменили на список Магницкого. Потом грянули санкции - и так будет всегда. США не хотят видеть в России конкурента и всячески тормозят ее развитие.

Идея президента, как я ее понимаю, состоит еще и в том, что если завтра нам, условно говоря, перестанут поставлять скороварки, то мы должны быть готовы сами их делать, но только еще более высокого качества, чем нам ввозили из-за рубежа.

Сегодня у нас разорваны военно-технические связи с Украиной, а это поставщик наших комплектующих: там делались газовые турбины для наших эсминцев; вертолетные и самолетные двигатели, двигатели для ракет «воздух-воздух».  «Антонов» сейчас заявляет, что будет препятствовать полету наших «Русланов» и перестанет их обслуживать. Поэтому наши проекты на закупки военного оборудования и техники отодвигаются. Минфин потирает руки, потому что сокращаются расходы, но армия – это не то место, где можно расходы сокращать. Существуют определенные нормативы. Условно говоря, на километр фронта должно стоять 20 танков, и никак не меньше, иначе оборона будет непрочная. Такие шутки с армией не пройдут. Тем более, что Россия – бельмо в глазу для НАТО и США. Нужно постоянно поддерживать вооружение и навыки самих военных на определенном уровне, потому что на кону стоит жизнь военнослужащих и суверенитет государства.

Президент выразил свое пожелание, и какие-то предприятия, безусловно, станут выполнять его волю. Но это не значит, что все заводы ВПК массово станут выпускать гражданскую продукцию. Каждое предприятие для себя решит, что и в каких пропорциях делать. И это пойдет им на пользу.

Приведу пример: после Второй мировой войны Германии и Японии запретили делать самолеты. И какие это сегодня высокотехнологичные страны! Все знают об их высоком развитии. Однако ни немцы, ни японцы до сих пор не умеют делать военные истребители - прервалась связь поколений, потерялась школа.

Василий Зацепин
Заведующий лабораторией военной экономики Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара
26 сентября 13:02

Отпечаток отсталости на нашей ОПК лежит еще с XIX-го века

Заведующий лабораторией военной экономики Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара Василий Зацепин рассказывает о проблемах и будущем ВПК.

Глава государства не в первый раз поднимает эту тему. Что касается посещения концерна «Калашников», то гораздо интереснее, на мой взгляд, было бы обсудить тему почему таким хмурым был рабочий, на лицо которого Владимир Владимирович обратил внимание (президент прямо во время выступления на заводе сделал паузу, обратив внимание на одного из рабочих, который слушал его с угрюмым выражением лица и задав ему вопрос: «Почему такой серьезный?»). Почему там был хмурый рабочий, почему он не сиял? Я думаю, что он просто недостаточно получает в день зарплаты. И уехать никуда не может. Потому что переезд в другой город сильно затруднен ценами на жилье и другими проблемами. Если на этого рабочего посмотреть, то это никакой не работник капиталистического предприятия, а какой-то полукрепостной.

Для меня большой вопрос, какую гражданскую продукцию может выпускать концерн «Калашников». Другое дело – «Вертолеты России». Те их них, что покрашены зеленой краской – они военные, белой и голубой – гражданские. А можно по-другому: на которые ставятся отечественные двигатели, в Санкт-Петербурге «Климов» выпускает, те военные, а те, которые оснащаются украинскими двигателями «Мотор Сич» - гражданские.

Президент у нас говорит о проблемах ОПК многие годы. Вопрос звучал в обращении в Федеральному собранию еще в 2013 году. Список поручений даже был разработан по этому обращению, обязательный для проработки правительством. Цель действующей программы перевооружения – добиться 70% нового современного вооружения в армии, а по некоторым образцам и 100% - она сама по себе ставит нашу оборонную промышленность перед проблемой: а что будет после 2020-го года?

Сейчас Украина и Европа со своими санкциями помогли нам снизить безудержную скорость процесса перевооружения. Финансовые проблемы с бюджетом заставляют думать, и делать это чаще и больше. А если этот темп продолжить, то к 2023 году у нас все войска на 100% были бы оснащены новым вооружением, и им практически ничего не нужно было бы из продукции ВПК… А техника военная, она прочная и надежная. Опыт показывает, что 40-50 лет эксплуатации для нее не предел.

Зыбкость цели – перевооружения – ведет к проблеме: что делать предприятиям ОПК после 2020-ого года. Предприятиям тяжело. Ничего они не могут выпускать. Кроме «Вертолетов России».

В некоторых регионах у нас до 50% населения трудится на предприятиях ОПК. Новосибирская область, Ижевск, Урал наш промышленный. Какая у них перспектива? Сеялки, жатки выпускать после 2020-ого года? Или на том заводе, который сейчас делает военные ракеты, начнут производить факелы для олимпийского огня? Факелов олимпийских не очень много нам нужно, это раз, и второе – качество у них оказалось не очень, они все тухнут…

На нашей оборонной промышленности отпечаток отсталости российской лежит еще с XIX-ого века. Командная система, использование зачастую принудительного труда. Сейчас в СМИ расценивают появление промышленных рот, комплектуемых призывниками, как чудо 21-ого века. На самом деле это крепостное право. Многоукладная экономика у нас процветает, как и 100 лет назад: наряду с современными капиталистическими предприятиями сохраняется и феодальный уклад.

У нас более 100 городов, которые критически зависят от военного производства. Если оно сократится, то эти моногорода будут серьезно затронуты. Наше правительство, как мне кажется, думает об этом мало и раз в пять лет. Как подходит время принятия новой программы вооружений, так они начинают думать интенсивнее, чаще и глубже. А потом забывают.

Потенциал есть, но он не нужный. У нас радуются первому месту в торговле оружием. Военные расходы почему-то вызывают большой восторг в СМИ. Если хоть на шаг дальше задуматься, то о чем это говорит? Если нет войны, то деньги, потраченные на оборону – это выброшенные на ветер деньги. Сейчас у нас две войны, и мы их тратим с толком. Но правительству надо больше думать на эту тему, и использовать более качественную статистику, а не завиральную, которую мы часто слышим со стороны некоторых представителей Минобороны и ВПК.

Комментарии пользователей

Самое популярное

Колонки

5 июня
В Баку очень недовольны бездействием грузинских властей в отношении антиправительственных сил – беглецов из Азербайджана, затевающих подрыв азербайджанского руководства. Этот месседж был правильно понят в соответствующих структурах Грузии